Нейробиологи разделили аутизм на два биологических подтипа по типу нейронных связей

Пациенты с расстройствами аутистического спектра (РАС) демонстрируют огромное разнообразие поведенческих проявлений, когнитивных способностей и сенсорного восприятия. Долгое время ученые не могли связать эти внешние различия с конкретными физиологическими особенностями мозга — каждый случай казался уникальным, а данные томографии давали противоречивые результаты.

Поиск закономерностей за статистическим шумом

В одних исследованиях фиксировался избыток сигналов между отделами мозга, в других — их нехватка. Специалисты часто списывали этот разброс на методологические погрешности и усредняли показатели, теряя важные детали. Авторы новой работы предположили, что за этим «статистическим шумом» скрываются реальные биологические закономерности, а противоречивые томограммы указывают на разные молекулярные механизмы, ошибочно объединенные одним диагнозом.

Сначала ученые изучили 20 генетических линий лабораторных мышей с различными мутациями, вызывающими аутистическое поведение. С помощью функциональной МРТ в состоянии покоя они измерили кровоток в мозге грызунов. Одиннадцать линий показали пониженную функциональную связность нейросетей (гипоконнективность), а девять — повышенную (гиперконнективность). Транскриптомный анализ выявил, что первый вариант связан с патологиями синапсов, второй — с иммунными реакциями, в частности с активностью микроглии.

Подтверждение на людях и выводы для терапии

Затем исследователи перенесли подход на человека, сопоставив мышиные «эталоны» с базой томограмм 940 детей и взрослых с РАС и 1036 здоровых добровольцев. Математическая модель оценивала индекс функциональной связности между полушариями и корковыми узлами. Из всей выборки 74 пациента четко попали в группу с гипоконнективностью, а 162 образовали кластер с гиперконнективностью. Интересно, что гиперсвязанный подтип статистически совпадал с более тяжелыми нарушениями социального взаимодействия.

Однако важно отметить: выявленные закономерности подтвердились лишь для четверти пациентов (около 25% из общей базы). Остальные 75% не вошли ни в один из двух строгих кластеров, что прямо указывает на существование других, пока не открытых биологических вариантов расстройства.

С практической точки зрения открытие означает принципиально разный подход к лечению: пациентам со слабым типом связей и с сильным сигналом требуется кардинально различная терапия. Но пока современная медицина не умеет применять эти механизмы на практике, поэтому разделение пациентов по-прежнему основывается на клиническом наблюдении.

Ученые подчеркивают, что разброс показателей на томограммах не был системной ошибкой — он отражал генетическое и иммунное разнообразие спектра. Теперь перед биологами стоит задача связать найденные клеточные сбои с конкретными внешними симптомами, чтобы заложить фундамент для адресной терапии аутизма.