Как Гитлер разгромил Францию за шесть недель и почему СССР едва не повторил её судьбу

10 мая 1940 года вермахт перешёл в наступление. Уже через 42 дня англо-французские армии были разбиты, а Франция капитулировала. Как это произошло, ведь союзники превосходили немцев по численности? В СССР причину видели в нежелании французов воевать, а немецкую стратегию считали неоригинальной. Однако на деле разгром Франции стал новым словом в войне — и тот же сценарий Гитлер применил против СССР год спустя.

План D и линия Мажино: уверенность, оказавшаяся ловушкой

Весной 1940 года англо-французская коалиция была сосредоточена на боях в Норвегии и не беспокоилась за фронт во Франции. У них было больше пехоты, танков и пушек, чем у немцев. Главным козырем была линия Мажино — 400 километров укреплений с пятью тысячами железобетонных сооружений, тремя тысячами артиллерийских стволов и 16 тысячами пулемётов. Для сравнения: линия Маннергейма, которую Красная Армия прорывала три месяца с сотней тысяч убитых, была втрое короче и имела лишь 221 бетонное сооружение.

Французское командование во главе с маршалом Гамеленом разработало «план D»: удерживать линию Мажино на границе с Германией, а при вторжении в Бельгию выдвинуть туда мобильные части. План казался надёжным не только французам: советское командование тоже верило, что немцы завязнут в обороне.

Как бывший ефрейтор и опальный штабист переиграли генералов

Советская историография долго твердила об авантюризме блицкрига, а некоторые западные историки писали, что удар через Арденны был основан на везении. Но реальность сложнее. Слово «блицкриг» ввёл британский журналист; Гитлер называл его «очень глупым словом». Стратегия Германии делала упор на артиллерию, а не на танки. У союзников во Франции было 3200 танков, у немцев — лишь 2000. План войны изначально предполагал удар через Бельгию — так же, как в 1914 году. Гитлеру этот план не нравился, но он не решался спорить с генералами.

Всё изменилось 10 января 1940 года: офицер связи люфтваффе совершил вынужденную посадку в Бельгии с планом наступления при себе. Бельгийцы передали документы французам. Гитлер пришёл в ярость. Этим воспользовался генерал Манштейн, который ещё раньше предложил нанести главный удар через Арденны — там не было линии Мажино и крупных сил противника. Через своего товарища фон Трескова он вышел на адъютанта Гитлера, и 13 февраля фюрер приказал изменить план «Гельб».

Удар через Арденны стал неожиданным для союзников. Немецкие танковые клинья прорвали фронт, и французская оборона рухнула. Советское руководство не смогло осознать случившегося: на закрытой конференции в конце 1940 года генералы и маршалы пытались понять, почему сильнейшая западная армия развалилась так быстро. Они списали поражение на нежелание французов воевать, но истинная причина была в новой тактике — массированном применении танков в прорыве, что и повторилось в 1941 году.

Почему же СССР не извлёк уроков? Ответ кроется в непонимании природы блицкрига. Советская военная мысль считала немецкую стратегию авантюрой без серьёзной новизны. Когда вермахт в 1941 году устремился на восток, Красная Армия столкнулась с тем же сценарием — и лишь огромные расстояния, ресурсы и мужество советских солдат позволили избежать повторения французской катастрофы.