Инфляция в США взлетела до 3,3%: война с Ираном и тарифы Трампа подстегнули цены

В марте потребительские цены в США резко выросли: инфляция составила 0,9% к февралю и 3,3% в годовом исчислении. Это максимальный показатель почти за два года, и первые официальные данные, которые отражают влияние военного конфликта с Ираном на стоимость товаров и услуг для американцев.

Самый заметный вклад внесли цены на энергоносители, подскочившие на 10,9% за месяц. Бензин подорожал на 21,2% и обеспечил почти три четверти общего роста месячного индекса. Авиабилеты прибавили 2,7% в марте и 14,9% по сравнению с прошлым годом.

Геополитика и цены на нефть

Ключевым фактором стала блокировка Ираном Ормузского пролива, через который проходит около пятой части мировых поставок нефти и газа. Хотя президент Трамп объявил о двухнедельном перемирии с Ираном, и пролив снова открыт, цены на нефть остаются высокими. Американская сырая нефть всё ещё на 10% дороже, чем до начала конфликта, и почти на 30% выше уровня начала года.

Базовая инфляция, исключающая волатильные цены на продовольствие и энергоносители, оказалась скромнее — 0,2% за месяц и 2,6% за год. Тем не менее годовой показатель инфляции превысил 3% впервые с лета 2024 года, когда она начала замедляться после исторического пика в 9,1% в июне 2022-го.

Экономика трещит по швам

Неопределённость охватила не только потребителей, но и производителей. ВВП США за последний квартал 2025 года был пересмотрен в сторону понижения — с 1,4% до 0,5%. Индекс цен в опросе менеджеров Института управления поставками (ISM) зафиксировал рекордный месячный рост за 13 лет: с 63 в феврале до 70,7 в марте.

Потребительские настроения рухнули. Индекс потребительской уверенности Мичиганского университета обвалился на 10,7% до рекордно низкого уровня. Руководитель опроса Джоанна Су отметила, что комментарии респондентов показывают: многие винят иранский конфликт в ухудшении экономической ситуации.

Рынок труда пока держится: в марте было создано 178 000 рабочих мест, а безработица опустилась до 4,3%. Однако сочетание сильного рынка труда и роста цен ставит Федеральную резервную систему перед сложным выбором. Повышение ставок может сбить инфляцию, но рискует подорвать занятость.

В протоколах февральского заседания ФРС многие участники выражали обеспокоенность затяжной инфляцией, «которая может потребовать повышения ставок». Сейчас ставка находится в диапазоне 3,5–3,75% после того, как в 2024 году её подняли до 20-летнего максимума 5,25–5,5%.

Главный экономист Oxford Economics Бернард Ярос полагает, что ФРС спишет скачок инфляции на временный энергетический шок, но предупреждает: апрельский отчёт тоже будет «некомфортно сильным» из-за продолжающегося роста цен на бензин и эффекта низкой базы после шатдауна правительства. К тому же шок от цен на энергию постепенно перетекает в продовольствие и другие базовые товары.